Для души Венедикта Ерофеева, по его словам, одним стал Новый Завет, другим вся российская поэзия от Гаврилы Державина до Марины Цветаевой.
Одним и другим... Чем?
Пальцами.
Речь идет о двух пальцах, с помощью которых вызывают рвоту. "Всё, влитое в меня с отроческих лет, плескалось внутри меня, как помои..."