Некий автор был вдохновлен произведением, созданным в июле 1914 года.
Восхищаясь высоким уровнем исполнения этого произведения, его масштабностью и художественным мастерством, наш автор все-таки ставил своей целью создать другое, лучшее произведение в том же жанре, причем одним из персонажей он планировал сделать себя самого. При этом он собирался назвать себя так, как много лет спустя знаменитый поэт ласково назвал обитателя морских глубин, и как часто называли самого этого поэта. Как именно?
Ося
-- Великие люди! Обратите внимание, предводитель. Видите? Чуть повыше облака и несколько ниже орла! Надпись: "Коля и Мика, июль 1914 г.".
Незабываемое зрелище! Обратите внимание на художественность исполнения!
Каждая буква величиною в метр и нарисована масляной краской! Где вы сейчас, Коля и Мика? — Киса,-- продолжал Остап,-- давайте и мы увековечимся. Забьем Мике баки. У меня, кстати, и мел есть! Ей-богу, полезу сейчас и напишу: "Киса и Ося здесь были". И Остап, недолго думая, сложил на парапет, ограждавший шоссе от кипучей бездны Терека, запасы любительской колбасы и стал подниматься на скалу. (И.Ильф, Е.Петров.
Двенадцать стульев.) "Снова Немо. Пригласил меня в гости. Я пошел.
Говорит, что он вырастил этого осьминога. Как протест против общества.
Раньше была семья, но жена и т.д. И ему ничего иного не осталось.
Говорит, что мир потонул во зле. Осьминог (сокращенно — Ося) карает жестокосердье и гордыню, воцарившиеся на земле. Обещал, что если останусь, то обрету бессмертье". (И. Бродский. Новый Жюль Верн.) Бродского знакомые нередко называли "Ося" — см., например, "Соло на ундервуде" Довлатова.