У Ричарда Дрейфуса он стоит дома, на книжной полке, у Мэри Стинберген — дома на рояле. У Шона Коннери — в ванной, между зубными щетками и пастами. Гости Джона Шлезингера до такой степени норовили пощупать его, что он потерял былой блеск. А Холли Хантер по той же причине даже пришлось отдать его на реставрацию. Назовите его.