Внимание, в вопросе есть замены.
Переводы Максима Грека поставили под сомнение святость старых русских книг, в которых им было найдено множество ошибок. "Ты слушай меня да Максима Грека, — говорил Вассиан Патрикеев одному переписчику, — и как тебе велит писать и заглаживать Максим Грек, так учини. А здешние книги все лживые, и ВЕРШКИ здешние КОРЕШКИ, а не ВЕРШКИ". В данном случае "КОРЕШКИ" — существительное, но для нас это слово более привычно как женская форма прошедшего времени глагола, связанного, например, с душой.
Что же в вопросе заменено на "КОРЕШКИ"?
Кривила.
Чтобы утвердить незыблемость московской веры, митрополит Даниил в 1531 году добился суда над Вассианом Патрикеевым и повторного розыска о провинностях Максима Грека. Писец показал на суде, что Грек делал исправления с одобрения князя-инока. "Ты слушай меня да Максима Грека, — говорил Вассиан Патрикеев чудовскому переписчику, — и как тебе велит писати и заглаживати Максим Грек, так учини. А здешние книги все лживые, и правила здешние кривила, а не правила". После того как переводы Максима Грека поставили под сомнение святость старых книг, вопрос об отношении к русским святым приобрел исключительно острый характер.
Кривила душой — от "кривить".