Борис Стругацкий пишет, что они с братом долго не могли решить, останется ли жив Лев Абалкин или нет. При этом он упоминает две фамилии.
Какие?
Ильф и Петров.
"Когда все возможности маневрирования оказались исчерпаны, мы вспомнили Ильфа и Петрова. Были заготовлены два клочка бумаги, на одном написано было "живой", на другом — "нет". Клочки брошены были в шапку АН, и мама наша твердой рукою извлекла "нет". Судьба концовки и Льва Абалкина оказалась решена."