Друг Чосера из романа Эдварда Резерфорда, узнав, что тот собирается писать "Кентерберийские рассказы", буквально взмолился: "Во имя Господа, не трать время попусту, не дай пропасть своему труду!" — и далее поясняет свою мысль: "Пиши...". Закончите совет двумя словами.
"... на латыни!".
В те времена (вторая половина XIV века) английский язык еще представлял собой набор сильно различающихся диалектов и менялся в течение жизни даже одного поколения. Поэтому уверенности, что через сто лет кто-то поймет написанное на любом из них, не было. Латынь же считалась совершенным и, вероятно, "вечным" языком, на котором говорит вся Европа.